«Перелетные дети» в Калуге: итоги года

В начале 2019-2020 учебного года проект «Перелетные дети» стартовал в

Калужской области. Это значит, что ребята, приехавшие с семьями в Россию,

получили возможность изучать русский язык в соответствие с их

потребностями, адаптироваться в не знакомой им языковой

социуме и более успешно учиться в школе.

Уникальность проекта в Калуге в том, что он был реализован в

государственной школе, где не так много учителей, которые ведут неполную

нагрузку и ставки педагогов дополнительного образования. Если частные

школы более свободны в количественном составе педагогических

работников, то в государственной школе количество педагогических

работников зависит в том числе и от количественного состава учеников.

В рамках инвариантной части учебного плана не предусмотрен учебный

предмет «Русский язык как иностранный». Тем удивительнее результаты,

которых добились педагоги и, конечно, ученики.

Рассказывает Сизова Татьяна Ивановна, заместитель директора по учебно-

воспитательной работе 33-й школы г. Калуги


Как все начиналось


- Примерно год назад, в апреле 2019 года, по программе взаимообучения

городов, директор нашей школы Сергей Владимирович Балашенко в

составе представителей министерства образования и науки Калужской

области, управления образования города Калуги, директоров школ

посетил частную школу «Лицей-Ковчег XXI», которая и организовала проект

«Перелетные дети». Эта встреча оказалась для нас очень важной, поскольку в

Калуге тоже много семей из стран ближнего зарубежья. Как правило, дети из

таких семей плохо знают русский язык и им довольно сложно учиться в

школе.

Наша школа находится в удалённом микрорайоне Калуги. Здесь проживает

много семей из Таджикистана, поскольку рядом строится новый квартал, и

мужчины работают на стройке. Соответственно, в нашем районе достаточно

много детей-инофонов. Так называют детей, чьи семьи недавно мигрировали

из стран бывшего зарубежья, и которые плохо говорят по-русски.

Надо сказать, что мы до начала 2019-2020 учебного года реализовывали

проект «Образование детей вне стен школы», суть которого заключалась в

том, что мы собирали детей-инофонов и организовывали для них экскурсии

по достопримечательностям Калуги и Калужской области.

А в апреле 2019 года познакомились в «Ковчегом» и увидели, как интересно

и эффективно в «Ковчеге» проходит обучение детей русскому языку как

иностранному. Мы решили также поучаствовать в проекте, а министерство

образования Калужской области нас в этом поддержало. И вот а августе

прошлого года все закрутилось…


Как сделать для детей индивидуальный образовательный маршрут?

У нас государственная школа, и мы должны соблюдать все предписания и

стандарты. С одной стороны, нам нужно было создать для ребят

индивидуальный образовательный маршрут, с другой – действовать в полном

соответствии с законодательством, в частности, с законом «Об образовании в

Российской Федерации» №273-ФЗ.


Что мы сделали.

Мы набрали 12 детей с 1-го по 4-й класс и разбили их на две подгруппы: 3

человека вообще не говорили по-русски, а 9 ребят могли общаться (хотя и

писали с ошибками). Для всей группы детей мы выcтроили индивидуальный

образовательный маршрут.

В соответствии с ним, 9 часов из 23 (возможная нагрузка в начальной школе)

мы фактически посвятили РКИ (русский как иностранный). Иными словами, 9

часов эти дети занимались отдельной группой. 
Из этих 9 часов один час был посвящен русскому как иностранному, а

остальные восемь часов были обычные уроки по программе (математика,

чтение, окружающий мир и др), но на русском языке, нашими педагогами,

которые занимались с детьми по программе РКИ.

На другие уроки (физкультура, рисование и др) дети приходили заниматься

вместе со всем классом.

В итоге чуть больше трети часов обучения (9 из 23) наши перелетные дети

учатся русскому языку фактически отдельно от общего класса, и при этом по

обычной государственной школьной программе! Этот год показал, что такой

подход очень эффективен.

Но пока опыт нашей школы, пожалуй, единственный, насколько я знаю.


Перспективы и планы


Я считаю, что чем больше школа, тем проще ей реализовать индивидуальный

учебный маршрут для детей-инофонов. Ведь чем больше параллельных

классов, тем легче «развернуться» с индивидуальными планами. Это совет

для других школ, которые опасаются «наплыва» мигрантов и того факта, что

им сложнее осваивать школьную программу, чем русским детям. Ключевое

слово здесь – индивидуальный учебный план.

Что касается нашей школы, то мы хотим пойти дальше и сделать по

аналогичной системе также средние классы (5-8). Учителей, конечно, не

хватает. Мы решили, что РКИ у нас будут вести еще два предметника,

которые прошли соответствующее повышение квалификации. Они будут

преподавать РКИ через внеурочную деятельность.

Мы рады, что учителя уже проявили интерес к этой программе. Значит, у

ребят, приехавших из других стран, все будет хорошо.



Вождь и его классное племя

Авторская колонка Виктории Ивлевой посвящена участникам программы "Перелетные дети". Учителям, детям и родителям. 
Первая статья об учителе международного класса.


Имя – Сердар.
Фамилия – Аманов.
Место рождения – Коломна, Московская область
Образование – высшее, окончил Коломенский педагогический институт с отличием по специальности учитель истории и обществознания, дополнительное образование – учитель русского языка как иностранного, а еще и магистратура РГГУ по антропологии и этнологии.


- Что значит Ваше имя?


- Сердар – это вождь. Мое имя – в топе имен у моего народа, я туркмен.


- В Туркмении принято называть детей словами, которые имеют смысловое значение?


- Я думаю, что и русские имена тоже имеют смысловые значения, просто они потерялись со временем. А у туркменов, да и вообще у тюркских народов, это очень принято. Например, если сын родился, когда отцу исполнилось тридцать лет, то его назовут Отуз, что и значит тридцать, когда сорок – Кырк, то есть сорок по-туркменски, мой дядя родился в дороге, его зовут Йоллы – дорога, а тетю мою зовут забавно – Пердэ, занавеска, но почему занавеска – я не знаю.


- Вы говорите по-туркменски?


- Свободно. Я ж всегда на лето уезжал в деревню в Ташаузский район Туркмении, и там я учился. Грамматики не знаю, но интуитивно говорю правильно.


- А у вас остались в жизни какие-то национальные привычки?


- Конечно, например, дастархан – весь наш обеденный ритуал.


- Это когда на ковры, постеленные на пол, кладется специальная скатерть, на нее ставятся  блюда с едой, а гости полулежат вокруг?


- Примерно так. Но мы с родителями достаем дастархан только, когда к нам приходят гости, а так, каждый день, едим за обычным столом.


- Задам неудобный и крайне неприятный для меня вопрос: Вы – человек с азиатской внешностью, Вас когда-нибудь из-за этого обзывали?


-  Конечно. Я думаю, нет ни одного азиата, которого бы не обзывали.


- А как?


- Обычно чурка или черножопый. В юности я лез в драку, а, повзрослев, стал пропускать мимо ушей, ну или смеюсь, кручу у виска. В общем, последние лет десять следую парадигме «если собака лает, ты же не встаешь на четвереньки, не лаешь в ответ».


- Я много бывала в бывших республиках СССР. И никогда, ни разу ни в одной из них меня никто не обозвал, допустим, морковкой, из-за моих рыжих волос. Почему же это есть у людей, живущих в России?


- Думаю, что воспитание и сложившееся негативное информационное поле.


 - Почему Вы решили стать преподавателем русского как иностранного?


- Вижу здесь большие перспективы - есть много учеников, которых нужно этому обучать. Кроме того, у меня есть и собственный опыт. Я – билингв и знаю как выбраться из языковой каши в голове. Несколько лет работал частно с ребятами самого разного возраста, и вот этот мой класс в «Перелетных детях» - первый.


- А где вы занимаетесь и сколько у вас учеников в классе? Вообще, расскажите про своих ребят.


- Сейчас у меня общий класс, возраст от девяти лет до семнадцати. На занятия регулярно ходят четырнадцать ребят из разных стран, это Киргизия, Таджикистан, Куба, Сирия, Узбекистан. Это дети людей простых, у части нет компьютеров и смартфонов, бывает, что один телефон на нескольких детей, и они делают задания по очереди. Родители у всех очень мотивированы, считают, что дети отучатся, станут людьми и будут помогать им, когда они станут старыми. В начале наших занятий никто не знал ни слова по-русски. Помню, я вошел в класс, сказал здравствуйте и поклонился. И они постарались за мной повторить, а сейчас уже все более-менее говорят, наверное, более тысячи слов у них словарный запас, думаю, что в школе ни у кого особых трудностей не будет.


- А среди Ваших учеников есть дети, особенно способные к языкам?


- Да. Есть просто языковые бриллианты, один из них – Навид Сафа, мальчик из Афганистана, сын портного. Навид  знал русские буквы, выучил сам в ютьюбе,  - и все, а к Новому году он говорил так хорошо, что даже падежи использовал правильно!


- А что представляет наибольшую трудность в изучении русского?


- Смотря для кого. Вот у нас в классе есть мальчик из Китая – китайский язык тоновый, кроме того, в нем нет буквы Р и нет пробелов между словами при письме. Вот для него была проблема не добавлять гласную в конце любого слова, то есть он говорил не вторник, а вторника, не пенал, а пенала. Ох и помучились мы с этим. С афганцами была большая проблема с письмом – они, даже начиная писать слева направо, как мы это делаем, все равно каждую букву писали справа налево.


- Это как?


- Ну вот, например, в букве «а» сначала писали крючочек, а потом кружок перед ним, многие долго привыкали, что тетрадь нужно  открывать наоборот: спереди, а не сзади. А вообще самое сложное для всех, кроме падежей, - вид глаголов и категория рода: ну вот почему ручка –девочка, а карандаш – мальчик.


- Очень смешно! А какая Ваша самая большая победа за этот учебный год?
- Год еще не закончился, мы занимаемся до конца июня. Самая большая победа – что бОльшая часть ребят не прекратила ходить, я прямо видел огонек живой у них в глазах. Некоторые подходили и спрашивали – а что в следующем году будет? Ну, отвечаю, вы пойдете в школу. А они – можно мы здесь  останемся учиться, с Вами? А мы занимаемся в маленьком кабинетике в муниципальной библиотеке…



Почему я больше не учитель

Международный класс "Текстильщики" является уникальным проектом. За 8-9 месяцев мы научили пуштунов, китайцев, хазарейцев, кубинцев, таджиков, узбеков и киргизов читать, писать и говорить по-русски. Мы сделали настоящий класс. Ребята общаются между собой на великом и могучем, переписываются в WhatsApp, вместе смотрят и обсуждают русскоязычных блоггеров (особенно в почете у них BadComedian).
Ну а скриншоты с лицом учителя - это их любимая тема для шуток)
Нашему проекту повезло с детьми. Запредельная мотивация, старание и талант. Это про наших детей. Во вложении вы увидите картины, которые они рисуют, хотя никто из них никогда не ходил в художественную школу.
А попробуйте разгадать ребус, он тоже во вложении. :-)
На недавнем уроке учитель назвал ученика "Арсаланчик". Ученик спросил: " А почему Арсаланчик, я же Арсалан! Что такое "чик"? На что ему было рассказано, что "чик" - это суффикс, что он имеет "нежное и ласковое" значение, что "чик" = "джан" в его родном языке.
Арсалан подумал и сказал: "Я всё понял... учительчик".
Так вот. Теперь я не учитель, теперь я учительчик.

Сердар Аманов: О Международном Классе в Текстильщиках (Москва)

На прошлой неделе организаторы проекта «Перелетные Дети» подвели итоги этого непростого года. Что уж говорить, даже русским детям переход из очного обучения в дистанционное дался непросто. Как справились ученики, которые недавно приехали в Россию из других стран?  Какие у них планы на будущее? 

Об этом рассказал учитель русского языка Сердар Аманов. 


Наш Международный Класс

Занятия нашего класса проходят в местной библиотеке. Пользуясь случаем, хотим поблагодарить администрацию библиотеки за предоставленное помещение. Наши ученики – это дети, которые не смогли по каким-то причинам попасть в российскую школу и которые изначально плохо говорят (или практически не говорят) по-русски. Задача Международного класса – вывести ребят на такой уровень языка, чтобы они могли общаться и понимать школьную программу. В этом случае им гораздо легче будет устроиться в школу в России. 

Сейчас у нас учатся в основном ребята из Афганистана, Узбекистана, Киргизии и Сирии. Возраст самый разный – от 9 до 15 лет. До карантина на очные занятия постоянно приходили 16 человек, после введения дистанционного режима постоянно заниматься стали 9. Это понятно: не у всех дома есть компьютер, смартфон и интернет. Но даже 9 постоянных учеников – это хороший результат, я считаю: на родном языке учиться в таком формате не просто, а тут иностранный! Ребята большие молодцы. 


О беженцах, мигрантах и людях без статуса

Семьи, приехавшие к нам из Афганистана, имеют статус беженцев; остальные – мигранты или люди без статуса. К сожалению, лиц, не имеющих никакого официального статуса, у нас большинство. А ведь этот статус семьям беженцев очень необходим: люди в этом статусе могут в течение трех лет законно проживать на территории нашей страны, получать медицинскую помощь, трудоустроиться и т.д

Проблема в том, что статус беженца в нашей стране получить довольно сложно. При этом большинство цивилизованных стран предоставляют такой статус всем, кто приехал из мест, где ведутся военные действия.  В России люди могут долгое время оставаться без соответствующих документов и, ка следствие, без всяких прав. Понятно, что детям в этом случае особенно сложно устроиться в государственную российскую школу. Я рад, что мы можем таким ребятам помочь в освоении русского языка. Для них это, кстати, очень важно. 

Что касается мигрантов, то из-за экономического кризиса их стало значительно меньше. Кроме того, из-за карантина семьи оказались закрыты «по домам», и о многих школьниках, которые хотели бы учиться в  Международном Классе, мы просто не знаем. 


Как проходят занятия

Раньше мы занимались четыре дня в неделю, на русский язык у нас отводилось 23 часа.  С переходом в онлайн мы стали заниматься пять дней в неделю по три часа. Всего 15 часов в неделю интенсивного русского языка. Для того чтобы ребята не уставали за компьютером три часа подряд, мы постоянно меняем формат, вводим интерактивные занятия, смотрим видео, обсуждаем. Я вижу, что ребята вовлечены и заинтересованы. Это для меня очень важно как для преподавателя. 

Конечно, у всех разный уровень языка и свой ритм. Одни ребята к концу учебного года уже свободно «жонглируют» падежами, другие немного отстают. При этом все могут к концу учебного года общаться, читать и писать по-русски. 


Навид Сафа, 12 лет. 

- До того, как наша семья приехала в Россию, я знал только, что ваша страна – самая большая в мире. В школу нас с братом не взяли, а про курсы русского языка нам рассказали в организации «Гражданское Содействие». Мы с братом проучились в «Международном Классе» 8 месяцев, уже можем общаться по-русски, читать. Если все будет хорошо, возможно, мы останемся в России и будем здесь работать. И еще хочу сказать «спасибо» преподавателям и организаторам проекта «Перелетные дети».   

О нас вышел материал на МЕЛе!

А у нас отличная новость! 
О проекте "Перелетные дети" (конечно, об учениках в первую очередь) вышел материал на Всероссийском образовательном портале МЕЛ!
Мы поговорили с куратором проекта Анной Орловой и затронули много острых вопросов. 

Среди них: 
  • Почему школы часто отказывают детям мигрантов в приеме в школу? 
  • Как сделать так, чтобы не нарушать права всех учеников? (и тех, кто живет в стране, и тех, кто приехал недавно)
  • На какое законодательство ссылаться, чтобы вам не смогли отказать в приеме в школу, даже если у вас пока нет всех необходимых документов? 
  • В каком городе Московской области есть целых семь школ с бесплатными курсами русского языка для ребят из других стран?

    Подробности здесь: 

    Следите за нашими новостями!

Россия – не только для русских. Или школа для мигрантов

Зачем детям мигрантов и беженцев учить русский язык, если они все равно уедут обратно? Как подтягивают свой русский язык, чтобы понимать школьную программу? Делают ли они успехи в обычной школе?

Об этом мы поговорили с Федором Бажановым, руководителем проекта для детей мигрантов и беженцев «Перелетные дети». 


Как дети попадают на ваши курсы русского языка? Как они о вас узнают?

У нас сейчас есть несколько каналов связи. Первый - сарафанное радио. Второй – это наша работа с органами власти. К примеру, в Красногорском районе мы работаем через Управление образования. Третий путь - УВКБ (Управление Верховного комиссара по делам беженцев). Это организация при ООН. Наконец, четвертый канал связи - благотворительная организация «Гражданское содействие». 

Если семья беженцев, допустим, приезжает в Москву, то наш контакт им даст либо УВКБ, либо «Гражданское содействие». Если ООН работает только с беженцами, то «Гражданское содействие» - с беженцами и с мигрантами.  

Все равно окончательное решение насчет того, приводить ли ребенка к вам на обучение, остается за родителями. Какая у них главная цель, когда они отправляют ребенка к вам учить русский язык? 

Цели у всех свои. Самая главная цель – выучить ребенка русскому языку до такого уровня, чтобы его могли принять в российскую школу. Часто ведь в школу не берут по причине отсутствия мест. Возможно, это не совсем так, но учителя не хотят брать на себя ответственность учить ребенка, который плохо говорит и понимает по-русски. Если говорить объективно, то это действительно сложно. Для таких детей, которые остались без школы, у нас организованы специальные классы. К примеру, в прошлом году в классе у нас обучалось 30 человек. Возраст здесь значения не имеет. Сейчас в нашем классе обучаются русскому «с нуля» и 6-летки, и взрослые. Самому старшему в нашем классе 48 лет.
 В прошлом году, по окончании годового обучения мы всех детей подготовили к школе. Конечно, уровни у всех были разные, но в итоге почти всех ребят зачислили. Правда, сейчас многие уехали на родину. Есть и те, кто получил российские паспорта и продолжают учиться.

Бывает, что ребенка приняли в школу, но он все равно чувствует себя неловко из-за плохого знания русского. Для ребят, которые ходят в школу, мы организуем факультативные курсы в формате обычных внеклассных уроков, чтобы они могли подтянуть русский язык. Курсы мы делим на две возрастные категории: начальная и средняя школа. 

Каждая история уникальна. И планы у семей изначально разные. Кто-то приезжает в Россию на 3-4 месяца, другие на несколько лет, третьи хотят остаться в России и получить российское гражданство. Но всех их объединяет одно – они действительно хотят выучить русский язык. Наша цель – создать для этого комфортную среду.  


Что изменится после того, как дети проучатся у вас год и выучат русский язык? В школах появятся места? Или у детей за это время появятся необходимые документы? 

Мы способствуем получению документов во всех случаях, когда это возможно, и когда родители заинтересованы в том, чтобы их ребенок начал учиться в России.  Собираем медицинские справки, делаем личные дела для того, чтобы ребенка взяли в школу. Конечно, 20 часов русского языка в неделю дает хороший результат (при условии, что ребенок не пропускает занятия) 

Потом, у нас нет таких стандартов, что ученик должен обучаться не больше года. К примеру, если у ученика за год так и не появилось документов, необходимых для принятия в школу, мы его возьмем на следующий год. Главное – чтобы у детей была социальная среда. 

Мы организуем занятия в библиотеках, при школах, в благотворительных коворкинг-центрах. 


Мои друзья уехали во Францию, и ребенок заговорил по-французски уже через две недели. Разумеется, там он стал ходить в школу. Разве мигранты и беженцы, приезжая в Россию, не попадают сразу в нашу «языковую среду», чтобы быстро выучить русский?

Возможно, в вашем примере ключевая фраза «стал ходить в школу». Поскольку язык можно учить полноценно только тогда, когда находишься в «среде». Дети, которых не взяли в школу, часто сидят дома, старшие помогают с младшими. Таким образом, они замыкаются в кругу своей семьи. А как можно учить язык, если не общаться с носителями языка? Для таких ребят живое общение – это зачастую единственный способ. 

Далее. Во Франции есть целая система, как интегрировать ребенка, приехавшего из другой страны, в школьную среду. В России такой системы нет. У нас не умеют преподавать русский язык как иностранный. Сейчас стало лучше, конечно. Появились учебники. Но централизованной государственной системы все равно нет. Ведь как школы закупают учебники? – Есть федеральный перечень учебников, на закупку которых выделяются государственные средства. В этот перечень не входит изучение русского как иностранного. Поскольку финансирование на эти учебники не выделяется, в школах их нет, и учителя мало знакомы с теорией и практикой преподавания русского языка в этом случае. Частная школа «Лицей-Ковчег XXI» закупает такие учебники для десяти школ: 9 школ находятся в Красногорске и одна в Калужской области. 

В школах сейчас существует негласный запрет ставить «двойку». Не будет ли здесь диссонанса? Они русских учеников должны «вытягивать», а тут еще приедут, условно говоря, ученики из Ташкента…

Отчасти вы правы…  80% школ идет по тому сценарию, который вы описали. Но есть одна особенность. Школы «натягивают» оценки до первой серьезной аттестации. Это ОГЭ – 9 й класс. Далее, если ученик не сдает, то его выпускают со справкой, что он прослушал школьный курс. Аттестат он в этом случае не получит.  

Какие результаты у ваших «выпускников» в школах? Вы их как-то наблюдаете потом? 

Наша первая цель – подготовить ребят по русскому языку в класс по возрасту. Это идеальная цель, это не всегда получается. Обстоятельства у всех семей бывают разные. К примеру, в этом году мы взяли одну большую афганскую семью, у них четыре мальчика. Старший сын в этом году будет сдавать экзамены, при этом в марте прошлого года он не говорил по-русски. Сейчас ему 19. Если представить: в 18 лет он пошел в России в 8-й класс. По-другому в данной ситуации мы не можем, поскольку до этого он не учился. Я не знаю, как он сдаст ОГЭ, время покажет. 

Другой пример. В прошлом году я готовил к ОГЭ 12 детей, и все они экзамены сдали. Правда, до этого они уже несколько лет жили в России. Поскольку почти все они уехали сейчас на Родину, мы не знаем их дальнейшей судьбы. 


Что говорят ученики? Они хотят жить в России или ходят в школу только потому, что их привели родители? 

Все дети разные, как всегда. Есть такие, кто мечтает вернуться быстрее в родное село и совсем не хотят учиться. И наоборот. У нас была девочка, которая с нулевым знанием русского зашла по ошибке в обычный русский школьный класс. Втянулась моментально. Так и осталась учиться с этим классом. 

Я так думаю: кто-то любит учиться, а кто-то нет. Это не зависит от религии, национальности, пола и др. Есть такие, кому не комфортно в русской среде. 

Тем не менее, есть у нас идеалистическая цель, что все дети должны учиться, что им надо создать для этого условия. Дальше – пусть решают сами. 


Есть у вас такая задача, чтобы через русский язык дети мигрантов и беженцев полюбили нашу страну? 

Когда мы учим русский, мы читаем с детьми Пушкина на русском, их знаменитых поэтов – тоже на русском. Ходим в Третьяковку. Язык – это главный культурный инструмент. При этом у нас нет цели как-то ассимилировать этих людей, тем более,  что часто они уезжают обратно на родину. 

Для нас важно, чтобы в России они могли нормально общаться на русском языке, а дети могли учиться – здесь и сейчас. 

«Перелетные дети», русский язык и разрушение стереотипов

«Эти взрослые и дети живут рядом с нами, но мы мало о них знаем и почти не видим. Мы редко с ними здороваемся и вступаем в контакт. Тем более, не замечаем их проблем. Это те люди, которые приехали в нашу страну на заработки – мигранты а также их дети. Вы удивитесь, но одно из самых больших желаний этих детей – учиться и знать русский язык», - говорит директор частной школы «Лицей-Ковчег-XXI» Рустам Курбатов. 

Четыре года назад школа «Лицей-Ковчег-XXI» запустила проект по изучению русского языка для детей мигрантов и назвала его «Перелетные дети». В переводе с французского migrateur означает «перелетный». В общем, название родилось само собой и стало символическим.

 Обучение осуществляется абсолютно бесплатно, за счет средств частной школы «Лицей-Ковчег –
XXI». Концепция проекта: 

Для тех, кто не смог устроиться в обычную школу (а это 10-20% детей от общего числа детей-мигрантов), предлагаются классы по изучению русского языка. Программа рассчитана на один год, после чего ребята уже могут идти в обычные школы. 

Для тех, кто учится в школе, но при этом все равно плохо понимает русский язык, открываются специальные курсы – факультативы по русскому языку, три часа в неделю. 

Мы пообщались с Рустамом Курбатовым подробнее о «Перелетных детях».  


Есть такой стереотип, что образование этим детям не нужно и не интересно. Так ли это, исходя из ваших наблюдений? 

Я хотел бы сказать, что это не так. За четыре года работы проекта, я не видел практически ни одного ребенка, который был бы безразличен к учебе. Я вижу, как они дорожат тем, что могут посещать эти занятия. И не важно при этом, хотят они остаться в России или нет. 

То, что дети должны учиться – в этом я глубоко убежден. Другое дело, что некоторые вынуждены сидеть дома по разным причинам. Иногда родители плохо говорят по-русски, поэтому они не в состоянии вести диалог с директором школы. Но могу сказать, что иногда и русские родители не в состоянии этого делать. Бывает, что старшие дети присматривают за младшими, пока взрослые работают. 

Иногда семьи с детьми приезжают не в начале года, а в середине, и у таких детей шансов пойти в школу практически нет. А когда приезжают родители с детьми 13-15 лет… Как им записаться в школу в середине учебного года и войти в учебный процесс? В госшколу, если и берут, то, как правило определяют такого ребенка на 2-3 класса младше, чтобы он хоть как-то мог освоить программу. Но как подростку учиться с «малышней»? 

Так что здесь речь идет не об отсутствии интереса к изучению русского языка, а об отсутствии возможностей. В нашем проекте мы стараемся эти возможности дать. Могу сказать, что таких жадных до учебы детей я не видел давно. И дело тут не только в правильно подобранной программе. Для нас важно создать обстановку уважения, доверия, принятия.  

Я бы даже сравнил эту ситуацию с выходом из долгой изоляции. К сожалению, сейчас практически весь мир находится в самоизоляции; возможно, нам теперь будет легче понять этих ребят. 


Но если семьи приезжают на короткий срок, дети ведь вполне могут «пересидеть» его дома? 

Мне могут возразить: если родители таких мигрантов получают разрешение на работу на 3, 6, 12 месяцев, то зачем нам тратить усилия и обучать русскому языку их детей? Все равно ведь они скоро уедут… 

Мне кажется, это неправильно.  Нас не должен интересовать вопрос, останутся ли семьи здесь или нет. 

Если останутся, дети будут спокойно учиться, переходить из класса в класс в школу, в которую они потом устроятся.  

Если они уедут – это означает лишь то, что у нашей страны будет больше друзей. Значит, в мире станет больше людей, которые знают и любят русский язык. 

Очень важно, чтобы люди увозили с собой позитивный опыт жизни в России. Что греха таить, отрицательного опыта у них и так достаточно (одна проверка документов чего стоит). 


Ваша цель – только помочь ребятам с русским языком или есть нечто большее? Например, через русский язык передать любовь к нашей культуре и истории? 


Это очень сложный вопрос. К примеру, старшеклассники учат русский язык в том числе по песням Булата Окуджавы, Владимира Высоцкого, Юлия Кима. Им, кстати очень нравится тот факт, что Ким - кореец. Киргизам вообще корейцы нравятся, потому что они принимают его за своего (улыбается) 

Когда дети поют по-русски и читают стихи русских поэтов – это что? Только ли изучение языка или при этом передача ценностей нашей культуры? И возможно ли одно без другого? Я не знаю. Мы просто делаем это. 

Эти ребята все равно не сольются с русскими, но мы и не ставим такой задачи. Мне кажется, вся ценность такого обучения – в принятии культуры другой страны. Кстати, хорошо образованный человек открыт разным культурам.  


Есть примеры, когда дети благодаря вашим курсам поднимались чуть выше по социальной лестнице? 

Наверное, я пока не могу рассказать никакой красивой истории на эту тему. Знаю, что кто-то поступил в колледж после 9го класса. Многие вернулись к себе домой. 

Мы дали возможность этим детям поучиться нормально год-полтора. Они посмотрели на то, что так тоже можно учиться. Они увидели, что в России ест люди, которые готовы их поддержать и помочь. Это важно. 

Мне кажется, некоторые из нас немного заражены вирусом ксенофобии. Между тем, общение с людьми из другого социального слоя и дрогой культуры важно в первую очередь для нас. Говорят, что общество определяется по своему отношению к старикам, детям инвалидам… Я бы сказал, что еще и к мигрантам. 


Сейчас все школы перешли на дистанционное обучение. Как справляются  с новым форматом «перелетные дети»? Или они пока не учатся?  


Вся наша жизнь – это разрушение стереотипов. К примеру, до кризиса на наши курсы по изучению русского языка приходило около 300 детей (в Москве и Красногорске). Плюс у нас был один класс в Москве. Когда внезапно пришлось переходить на дистанционное обучение, я был уверен, что проект надо закрывать, что просто не будет учеников.  Но случилось то, чего я совершенно не ожидал: мы за четыре недели карантина смогли открыть в полном объеме онлайн школу для этих детей! Сейчас у нас регулярно занимаются около 150 детей! Теперь этот проект может называться «Перелетные дети без границ». Как ни странно, самоизоляция сделала наш мир более открытым, сломала перегородки. Теперь любой ребенок со всего мира может учить русский язык. В свою очередь, есть много учителей из Москвы и других городов России, которые хотят у нас преподавать. 

ПЕРЕЛЕТНЫЕ ДЕТИ без ГРАНИЦ. БЕСПЛАТНО

Учим детей русскому языку. Всех. Бесплатно.
Самоизоляция сократила расстояние и сделала мир более открытым: мы ведем уроки он-лайн.
Группы для младших школьников, подростков, рабочей молодежи.
Подключайтесь! Приглашайте своих друзей!
Вот ссылка и расписание. Выбирайте группу и вперед!
https://calendar.google.com/calendar/embed…
В правом верхнем углу - РАСПИСАНИЕ
Выбираем курс, клик! ПОДРОБНЕЕ и ПРИСОЕДИНИТЬСЯ к ВИДЕОВСТРЕЧЕ.
На телефоне установите Hangouts Meet.
Смелее!

НАШИ УЧИТЕЛЯ

ХУДОБИНА ЕВГЕНИЯ ВАСИЛЬЕНВА 

В проекте "Перелетные дети" работает второй год. Более двадцати лет преподает русский язык как иностранный. В Иркутском государственном университете обучала китайских студентов разговорному русскому языку. В международных группах 14-й школы Красногорска вместе с детьми - мигрантами штурмует высоты русской морфологии, грамматики и синтаксиса.

НАШИ УЧИТЕЛЯ

РОТАРЬ ИРИНА НИКОЛАЕВНА, учитель начальных классов в МБОУ СОШ № 12 г. Красногорска.

В проекте «Перелётные дети» третий год. 
«Вы спросите кто я  и почему я в школе? Я сплав! Сплав желании́ сделать мир лучше и сомнений в своих возможностях.  Я человек, наделённый качествами, компетенциями, навыками и желанием воспитывать себя. А ещё мне нужно быть полезной тем, кому без меня не обойтись! Моя глубокая уверенность, что научить можно только того, кто хочет учиться, а сделать это может только тот, кто постоянно учится, но только не формально, за партой..! Я учусь, учусь с удовольствием, а мои учителя сейчас - это дети, маленькие дети, которым очень нужно стать Людьми (с большой буквы)! И мне важно каждый день делать им маленькие подарки, маленькие инвестиции так, что бы они верили в свои начинания,  победы, открытия и уверенно шагали вперёд - в будущее!"

Наверх