Канкиа Ирина Мурадовна

В 2016-2017 учебном году школа №20 в деревне Путилково открыла двери для своих первых учеников. А в апреле 2017 года мы уже встретили наших первых «Перелётных детей». Мне предложили учить русскому языку детей, которые испытывали трудности в общении и обучении из-за плохого владения языком. Я сразу согласилась, мне показалось это интересным. В педагогическом университете я закончила факультет лингвистики, а больше всего мне нравился курс методики преподавания иностранного языка. В моей работе с детьми-мигрантами мне это очень помогает. 
У меня в классе учились три мальчика, которые очень плохо говорили по-русски. Помочь им во время урока и уделить больше времени было трудно, т.к.  мы ограничены рамками урока, а большая наполняемость класса делала процесс обучения этих детей еще сложнее.  Проект дал возможность отдельно заниматься с детьми, уделить им больше времени и учить их именно тому, что нужно самим детям. А детям младшего школьного возраста нужно уметь общаться со своими сверстниками, чтобы играть с ними. Игра и легла в основу моих первых уроков в проекте «Перелетные дети».  
Детям очень нравится играть, в игре они раскрываются, исчезает зажатость и стеснение. Но весь урок играть нельзя, надо писать и читать, пересказывать и сочинять, иногда рисовать, иногда лепить, петь, ставить спектакли. Главное, чтобы это все было понятно и интересно! Детям-инофонам трудно понять грамматику русского языка, особенно, когда так много правил, а у каждого правила есть исключения. В такие моменты на помощь учителю «приходят» учебные пособия.
Сегодня есть много литературы для обучения детей-мигрантов русскому языку. Но, к сожалению, нельзя просто взять одно из пособий и по нему работать, каждый урок надо тщательно проработать заранее. Готовясь к занятию, хочется придумать что-то новое, чтобы детям было интересно, но иногда это трудно и занимает много времени. В этот момент очень помогает наша группа в Facebook «Перелетные учителя», где мы делимся своими «находками». Так же мне нравились встречи учителей, где можно было обсудить наши успехи, поделиться знаниями и опытом.. Именно в такие наши встречи мне приходили новые идеи для уроков русского языка в проекте «Перелетные дети».

"Перелетные дети" на "Изумрудных холмах"

Учитель начальных классов школы №18 г. Красногорска «Изумрудные холмы» Екатерина Владимировна Ильина о нашем проекте:

Школа огромная, на 1600 учеников! У нас учится очень много ребят разных национальностей, далеко не все хорошо говорят по-русски.
Что сложнее всего в преподавании
Для меня самое сложное – собрать всех на урок. К сожалению, далеко не все ребята хотят приходить на курсы русского языка, даже бесплатно.
Младшие, второклассники, ходят более активно: 10-12 человек обязательно бывает на уроке. В третьем классе уже человек 7-8, а в четвертом – максимум 4. Это я говорю о регулярных занятиях на курсах русского языка, об очной форме обучения.
Я думаю, что относительно не большое количество ребят для старших курсов объясняется расписанием: курсы начинаются днем, и второклассники идут на них сразу после своих школьных уроков. Третьему классу приходится уже немного подождать, а четвертый класс начинает заниматься после длительного перерыва. Конечно, ребята идут во время перерыва домой, и оттуда уже не возвращаются. К тому же, у старших ребят в это время есть свои кружки или секции, и они выбирают их вместо русского.
Конечно, мне это немного обидно, поскольку я вижу результаты тех ребят, которые ходят заниматься регулярно. Хорошо говорить, читать и писать по-русски – это ведь прежде всего в их интересах! Тем более, что уроки мы выстраиваем в игровой форме: для маленьких игры больше, для старших классов – меньше. Но игра на наших занятиях присутствует обязательно!
Как все начиналось
Поскольку у нас школа многонациональная, то вопрос с изучением русского языка стоит довольно остро. Когда к нам пришла куратор проекта Анна Орлова, то мы сразу поддержали ее идею насчет преподавания русского как иностранного (РКИ) для ребят из других стран. Нашли учителя. А потом та учительница уволилась, хотя процесс уже был запущен. Вот мной и заткнули дыру (улыбается). Так я стала преподавателем русского языка для «перелетных детей».
Конечно, на следующий год также планирую вести уроки! Я ведь вижу, насколько русский язык помогает детям в учебе в школе и при личном общении со сверстниками из России. Главное – заниматься, не бросать. Вижу, что грамматика дается ребятам сложнее всего. Но мы стараемся проходить все в игровой, доступной форме. С малышами, тем более, обучение возможно только в игре. Со старшими классами немного сложнее, ведь у них уже идет подготовка к ВПР.
В любом случае, надо целенаправленно и долго трудиться. И тогда обязательно все получится!

Екатерина Владимировна Ильина

Я учитель начальных классов в школе №18 г. Красногорска «Изумрудные холмы». Школа огромная, на 1600 учеников! У нас учится очень много ребят разных национальностей, далеко не все хорошо говорят по-русски.  

Что сложнее всего в преподавании 

Для меня самое сложное – собрать всех на урок. К сожалению, далеко не все ребята хотят приходить на курсы русского языка, даже бесплатно. 

Младшие, второклассники, ходят более активно: 10-12 человек обязательно бывает на уроке. В третьем классе уже человек 7-8, а в четвертом – максимум 4. Это я говорю о регулярных занятиях на курсах русского языка, об очной форме обучения.

Я думаю, что относительно не большое количество ребят для старших курсов объясняется расписанием: курсы начинаются днем, и второклассники идут на них сразу после своих школьных уроков. Третьему классу приходится уже немного подождать, а четвертый класс начинает заниматься после длительного перерыва. Конечно, ребята идут во время перерыва домой, и оттуда уже не возвращаются. К тому же, у старших ребят в это время есть свои кружки или секции, и они выбирают их вместо русского. 

Конечно, мне это немного обидно, поскольку я вижу результаты тех ребят, которые ходят заниматься регулярно. Хорошо говорить, читать и писать по-русски – это ведь прежде всего в их интересах! Тем более, что уроки мы выстраиваем в игровой форме: для маленьких игры больше, для старших классов – меньше. Но игра на наших занятиях присутствует обязательно!

Как все начиналось

Поскольку у нас школа многонациональная, то вопрос с изучением русского языка стоит довольно остро. Когда к нам пришла куратор проекта Анна Орлова, то мы сразу поддержали ее идею насчет преподавания русского как иностранного (РКИ) для ребят из других стран. Нашли учителя. А потом та учительница уволилась, хотя процесс уже был запущен. Вот мной и заткнули дыру (улыбается). Так я стала преподавателем русского языка для «перелетных детей». 

Конечно, на следующий год также планирую вести уроки! Я ведь вижу, насколько русский язык помогает детям в учебе в школе и при личном общении со сверстниками из России. Главное – заниматься, не бросать. Вижу, что грамматика дается ребятам сложнее всего. Но мы стараемся проходить все в игровой, доступной форме. С малышами, тем более, обучение возможно только в игре. Со старшими классами немного сложнее, ведь у них уже идет подготовка к ВПР. 

В любом случае, надо целенаправленно и долго трудиться. И тогда обязательно все получится!

У меня ошибок - кот наплакал

Можно бесконечно повторять падежи, глаголы и прочие правила грамматики, но детям нравится живой русский язык. Они с удовольствием спрашивают значение новых слов, искренне радуются, когда слово на русском звучит похоже на их родном языке (например, слово "чай").
А уж фразеологизмы порой повергают их в звонкий смех.
К примеру, после изучения выражений "кот наплакал", "держи карман шире" и "спустя рукава", дети еще неделю вставляли их во все наши разговоры.

- Навид, сколько у тебя ошибок?
- У меня ошибок - кот наплакал!
- Дилмурад, ты отправил мне домашнее задание?
- Держите карман шире, учитель!


И так целую неделю! :-)

Ребята перевели и свои любимые выражения на русский язык:
В один сапог две ноги не засунешь (афганская)
Вытягивай ноги по длине ковра (афганская)
Два орла дерутся, а мясо ворона ест (узбекская)
Когда кошки нет дома, тогда у мышей праздник (сирийская).
Попробуйте в найти русский аналог этих пословиц.

«Перелетные дети» в Калуге: итоги года

В начале 2019-2020 учебного года проект «Перелетные дети» стартовал в

Калужской области. Это значит, что ребята, приехавшие с семьями в Россию,

получили возможность изучать русский язык в соответствие с их

потребностями, адаптироваться в не знакомой им языковой

социуме и более успешно учиться в школе.

Уникальность проекта в Калуге в том, что он был реализован в

государственной школе, где не так много учителей, которые ведут неполную

нагрузку и ставки педагогов дополнительного образования. Если частные

школы более свободны в количественном составе педагогических

работников, то в государственной школе количество педагогических

работников зависит в том числе и от количественного состава учеников.

В рамках инвариантной части учебного плана не предусмотрен учебный

предмет «Русский язык как иностранный». Тем удивительнее результаты,

которых добились педагоги и, конечно, ученики.

Рассказывает Сизова Татьяна Ивановна, заместитель директора по учебно-

воспитательной работе 33-й школы г. Калуги


Как все начиналось


- Примерно год назад, в апреле 2019 года, по программе взаимообучения

городов, директор нашей школы Сергей Владимирович Балашенко в

составе представителей министерства образования и науки Калужской

области, управления образования города Калуги, директоров школ

посетил частную школу «Лицей-Ковчег XXI», которая и организовала проект

«Перелетные дети». Эта встреча оказалась для нас очень важной, поскольку в

Калуге тоже много семей из стран ближнего зарубежья. Как правило, дети из

таких семей плохо знают русский язык и им довольно сложно учиться в

школе.

Наша школа находится в удалённом микрорайоне Калуги. Здесь проживает

много семей из Таджикистана, поскольку рядом строится новый квартал, и

мужчины работают на стройке. Соответственно, в нашем районе достаточно

много детей-инофонов. Так называют детей, чьи семьи недавно мигрировали

из стран бывшего зарубежья, и которые плохо говорят по-русски.

Надо сказать, что мы до начала 2019-2020 учебного года реализовывали

проект «Образование детей вне стен школы», суть которого заключалась в

том, что мы собирали детей-инофонов и организовывали для них экскурсии

по достопримечательностям Калуги и Калужской области.

А в апреле 2019 года познакомились в «Ковчегом» и увидели, как интересно

и эффективно в «Ковчеге» проходит обучение детей русскому языку как

иностранному. Мы решили также поучаствовать в проекте, а министерство

образования Калужской области нас в этом поддержало. И вот а августе

прошлого года все закрутилось…


Как сделать для детей индивидуальный образовательный маршрут?

У нас государственная школа, и мы должны соблюдать все предписания и

стандарты. С одной стороны, нам нужно было создать для ребят

индивидуальный образовательный маршрут, с другой – действовать в полном

соответствии с законодательством, в частности, с законом «Об образовании в

Российской Федерации» №273-ФЗ.


Что мы сделали.

Мы набрали 12 детей с 1-го по 4-й класс и разбили их на две подгруппы: 3

человека вообще не говорили по-русски, а 9 ребят могли общаться (хотя и

писали с ошибками). Для всей группы детей мы выcтроили индивидуальный

образовательный маршрут.

В соответствии с ним, 9 часов из 23 (возможная нагрузка в начальной школе)

мы фактически посвятили РКИ (русский как иностранный). Иными словами, 9

часов эти дети занимались отдельной группой. 
Из этих 9 часов один час был посвящен русскому как иностранному, а

остальные восемь часов были обычные уроки по программе (математика,

чтение, окружающий мир и др), но на русском языке, нашими педагогами,

которые занимались с детьми по программе РКИ.

На другие уроки (физкультура, рисование и др) дети приходили заниматься

вместе со всем классом.

В итоге чуть больше трети часов обучения (9 из 23) наши перелетные дети

учатся русскому языку фактически отдельно от общего класса, и при этом по

обычной государственной школьной программе! Этот год показал, что такой

подход очень эффективен.

Но пока опыт нашей школы, пожалуй, единственный, насколько я знаю.


Перспективы и планы


Я считаю, что чем больше школа, тем проще ей реализовать индивидуальный

учебный маршрут для детей-инофонов. Ведь чем больше параллельных

классов, тем легче «развернуться» с индивидуальными планами. Это совет

для других школ, которые опасаются «наплыва» мигрантов и того факта, что

им сложнее осваивать школьную программу, чем русским детям. Ключевое

слово здесь – индивидуальный учебный план.

Что касается нашей школы, то мы хотим пойти дальше и сделать по

аналогичной системе также средние классы (5-8). Учителей, конечно, не

хватает. Мы решили, что РКИ у нас будут вести еще два предметника,

которые прошли соответствующее повышение квалификации. Они будут

преподавать РКИ через внеурочную деятельность.

Мы рады, что учителя уже проявили интерес к этой программе. Значит, у

ребят, приехавших из других стран, все будет хорошо.



Вождь и его классное племя

Авторская колонка Виктории Ивлевой посвящена участникам программы "Перелетные дети". Учителям, детям и родителям. 
Первая статья об учителе международного класса.


Имя – Сердар.
Фамилия – Аманов.
Место рождения – Коломна, Московская область
Образование – высшее, окончил Коломенский педагогический институт с отличием по специальности учитель истории и обществознания, дополнительное образование – учитель русского языка как иностранного, а еще и магистратура РГГУ по антропологии и этнологии.


- Что значит Ваше имя?


- Сердар – это вождь. Мое имя – в топе имен у моего народа, я туркмен.


- В Туркмении принято называть детей словами, которые имеют смысловое значение?


- Я думаю, что и русские имена тоже имеют смысловые значения, просто они потерялись со временем. А у туркменов, да и вообще у тюркских народов, это очень принято. Например, если сын родился, когда отцу исполнилось тридцать лет, то его назовут Отуз, что и значит тридцать, когда сорок – Кырк, то есть сорок по-туркменски, мой дядя родился в дороге, его зовут Йоллы – дорога, а тетю мою зовут забавно – Пердэ, занавеска, но почему занавеска – я не знаю.


- Вы говорите по-туркменски?


- Свободно. Я ж всегда на лето уезжал в деревню в Ташаузский район Туркмении, и там я учился. Грамматики не знаю, но интуитивно говорю правильно.


- А у вас остались в жизни какие-то национальные привычки?


- Конечно, например, дастархан – весь наш обеденный ритуал.


- Это когда на ковры, постеленные на пол, кладется специальная скатерть, на нее ставятся  блюда с едой, а гости полулежат вокруг?


- Примерно так. Но мы с родителями достаем дастархан только, когда к нам приходят гости, а так, каждый день, едим за обычным столом.


- Задам неудобный и крайне неприятный для меня вопрос: Вы – человек с азиатской внешностью, Вас когда-нибудь из-за этого обзывали?


-  Конечно. Я думаю, нет ни одного азиата, которого бы не обзывали.


- А как?


- Обычно чурка или черножопый. В юности я лез в драку, а, повзрослев, стал пропускать мимо ушей, ну или смеюсь, кручу у виска. В общем, последние лет десять следую парадигме «если собака лает, ты же не встаешь на четвереньки, не лаешь в ответ».


- Я много бывала в бывших республиках СССР. И никогда, ни разу ни в одной из них меня никто не обозвал, допустим, морковкой, из-за моих рыжих волос. Почему же это есть у людей, живущих в России?


- Думаю, что воспитание и сложившееся негативное информационное поле.


 - Почему Вы решили стать преподавателем русского как иностранного?


- Вижу здесь большие перспективы - есть много учеников, которых нужно этому обучать. Кроме того, у меня есть и собственный опыт. Я – билингв и знаю как выбраться из языковой каши в голове. Несколько лет работал частно с ребятами самого разного возраста, и вот этот мой класс в «Перелетных детях» - первый.


- А где вы занимаетесь и сколько у вас учеников в классе? Вообще, расскажите про своих ребят.


- Сейчас у меня общий класс, возраст от девяти лет до семнадцати. На занятия регулярно ходят четырнадцать ребят из разных стран, это Киргизия, Таджикистан, Куба, Сирия, Узбекистан. Это дети людей простых, у части нет компьютеров и смартфонов, бывает, что один телефон на нескольких детей, и они делают задания по очереди. Родители у всех очень мотивированы, считают, что дети отучатся, станут людьми и будут помогать им, когда они станут старыми. В начале наших занятий никто не знал ни слова по-русски. Помню, я вошел в класс, сказал здравствуйте и поклонился. И они постарались за мной повторить, а сейчас уже все более-менее говорят, наверное, более тысячи слов у них словарный запас, думаю, что в школе ни у кого особых трудностей не будет.


- А среди Ваших учеников есть дети, особенно способные к языкам?


- Да. Есть просто языковые бриллианты, один из них – Навид Сафа, мальчик из Афганистана, сын портного. Навид  знал русские буквы, выучил сам в ютьюбе,  - и все, а к Новому году он говорил так хорошо, что даже падежи использовал правильно!


- А что представляет наибольшую трудность в изучении русского?


- Смотря для кого. Вот у нас в классе есть мальчик из Китая – китайский язык тоновый, кроме того, в нем нет буквы Р и нет пробелов между словами при письме. Вот для него была проблема не добавлять гласную в конце любого слова, то есть он говорил не вторник, а вторника, не пенал, а пенала. Ох и помучились мы с этим. С афганцами была большая проблема с письмом – они, даже начиная писать слева направо, как мы это делаем, все равно каждую букву писали справа налево.


- Это как?


- Ну вот, например, в букве «а» сначала писали крючочек, а потом кружок перед ним, многие долго привыкали, что тетрадь нужно  открывать наоборот: спереди, а не сзади. А вообще самое сложное для всех, кроме падежей, - вид глаголов и категория рода: ну вот почему ручка –девочка, а карандаш – мальчик.


- Очень смешно! А какая Ваша самая большая победа за этот учебный год?
- Год еще не закончился, мы занимаемся до конца июня. Самая большая победа – что бОльшая часть ребят не прекратила ходить, я прямо видел огонек живой у них в глазах. Некоторые подходили и спрашивали – а что в следующем году будет? Ну, отвечаю, вы пойдете в школу. А они – можно мы здесь  останемся учиться, с Вами? А мы занимаемся в маленьком кабинетике в муниципальной библиотеке…



Почему я больше не учитель

Международный класс "Текстильщики" является уникальным проектом. За 8-9 месяцев мы научили пуштунов, китайцев, хазарейцев, кубинцев, таджиков, узбеков и киргизов читать, писать и говорить по-русски. Мы сделали настоящий класс. Ребята общаются между собой на великом и могучем, переписываются в WhatsApp, вместе смотрят и обсуждают русскоязычных блоггеров (особенно в почете у них BadComedian).
Ну а скриншоты с лицом учителя - это их любимая тема для шуток)
Нашему проекту повезло с детьми. Запредельная мотивация, старание и талант. Это про наших детей. Во вложении вы увидите картины, которые они рисуют, хотя никто из них никогда не ходил в художественную школу.
А попробуйте разгадать ребус, он тоже во вложении. :-)
На недавнем уроке учитель назвал ученика "Арсаланчик". Ученик спросил: " А почему Арсаланчик, я же Арсалан! Что такое "чик"? На что ему было рассказано, что "чик" - это суффикс, что он имеет "нежное и ласковое" значение, что "чик" = "джан" в его родном языке.
Арсалан подумал и сказал: "Я всё понял... учительчик".
Так вот. Теперь я не учитель, теперь я учительчик.

Сердар Аманов: О Международном Классе в Текстильщиках (Москва)

На прошлой неделе организаторы проекта «Перелетные Дети» подвели итоги этого непростого года. Что уж говорить, даже русским детям переход из очного обучения в дистанционное дался непросто. Как справились ученики, которые недавно приехали в Россию из других стран?  Какие у них планы на будущее? 

Об этом рассказал учитель русского языка Сердар Аманов. 


Наш Международный Класс

Занятия нашего класса проходят в местной библиотеке. Пользуясь случаем, хотим поблагодарить администрацию библиотеки за предоставленное помещение. Наши ученики – это дети, которые не смогли по каким-то причинам попасть в российскую школу и которые изначально плохо говорят (или практически не говорят) по-русски. Задача Международного класса – вывести ребят на такой уровень языка, чтобы они могли общаться и понимать школьную программу. В этом случае им гораздо легче будет устроиться в школу в России. 

Сейчас у нас учатся в основном ребята из Афганистана, Узбекистана, Киргизии и Сирии. Возраст самый разный – от 9 до 15 лет. До карантина на очные занятия постоянно приходили 16 человек, после введения дистанционного режима постоянно заниматься стали 9. Это понятно: не у всех дома есть компьютер, смартфон и интернет. Но даже 9 постоянных учеников – это хороший результат, я считаю: на родном языке учиться в таком формате не просто, а тут иностранный! Ребята большие молодцы. 


О беженцах, мигрантах и людях без статуса

Семьи, приехавшие к нам из Афганистана, имеют статус беженцев; остальные – мигранты или люди без статуса. К сожалению, лиц, не имеющих никакого официального статуса, у нас большинство. А ведь этот статус семьям беженцев очень необходим: люди в этом статусе могут в течение трех лет законно проживать на территории нашей страны, получать медицинскую помощь, трудоустроиться и т.д

Проблема в том, что статус беженца в нашей стране получить довольно сложно. При этом большинство цивилизованных стран предоставляют такой статус всем, кто приехал из мест, где ведутся военные действия.  В России люди могут долгое время оставаться без соответствующих документов и, ка следствие, без всяких прав. Понятно, что детям в этом случае особенно сложно устроиться в государственную российскую школу. Я рад, что мы можем таким ребятам помочь в освоении русского языка. Для них это, кстати, очень важно. 

Что касается мигрантов, то из-за экономического кризиса их стало значительно меньше. Кроме того, из-за карантина семьи оказались закрыты «по домам», и о многих школьниках, которые хотели бы учиться в  Международном Классе, мы просто не знаем. 


Как проходят занятия

Раньше мы занимались четыре дня в неделю, на русский язык у нас отводилось 23 часа.  С переходом в онлайн мы стали заниматься пять дней в неделю по три часа. Всего 15 часов в неделю интенсивного русского языка. Для того чтобы ребята не уставали за компьютером три часа подряд, мы постоянно меняем формат, вводим интерактивные занятия, смотрим видео, обсуждаем. Я вижу, что ребята вовлечены и заинтересованы. Это для меня очень важно как для преподавателя. 

Конечно, у всех разный уровень языка и свой ритм. Одни ребята к концу учебного года уже свободно «жонглируют» падежами, другие немного отстают. При этом все могут к концу учебного года общаться, читать и писать по-русски. 


Навид Сафа, 12 лет. 

- До того, как наша семья приехала в Россию, я знал только, что ваша страна – самая большая в мире. В школу нас с братом не взяли, а про курсы русского языка нам рассказали в организации «Гражданское Содействие». Мы с братом проучились в «Международном Классе» 8 месяцев, уже можем общаться по-русски, читать. Если все будет хорошо, возможно, мы останемся в России и будем здесь работать. И еще хочу сказать «спасибо» преподавателям и организаторам проекта «Перелетные дети».   

О нас вышел материал на МЕЛе!

А у нас отличная новость! 
О проекте "Перелетные дети" (конечно, об учениках в первую очередь) вышел материал на Всероссийском образовательном портале МЕЛ!
Мы поговорили с куратором проекта Анной Орловой и затронули много острых вопросов. 

Среди них: 
  • Почему школы часто отказывают детям мигрантов в приеме в школу? 
  • Как сделать так, чтобы не нарушать права всех учеников? (и тех, кто живет в стране, и тех, кто приехал недавно)
  • На какое законодательство ссылаться, чтобы вам не смогли отказать в приеме в школу, даже если у вас пока нет всех необходимых документов? 
  • В каком городе Московской области есть целых семь школ с бесплатными курсами русского языка для ребят из других стран?

    Подробности здесь: 

    Следите за нашими новостями!

Россия – не только для русских. Или школа для мигрантов

Зачем детям мигрантов и беженцев учить русский язык, если они все равно уедут обратно? Как подтягивают свой русский язык, чтобы понимать школьную программу? Делают ли они успехи в обычной школе?

Об этом мы поговорили с Федором Бажановым, руководителем проекта для детей мигрантов и беженцев «Перелетные дети». 


Как дети попадают на ваши курсы русского языка? Как они о вас узнают?

У нас сейчас есть несколько каналов связи. Первый - сарафанное радио. Второй – это наша работа с органами власти. К примеру, в Красногорском районе мы работаем через Управление образования. Третий путь - УВКБ (Управление Верховного комиссара по делам беженцев). Это организация при ООН. Наконец, четвертый канал связи - благотворительная организация «Гражданское содействие». 

Если семья беженцев, допустим, приезжает в Москву, то наш контакт им даст либо УВКБ, либо «Гражданское содействие». Если ООН работает только с беженцами, то «Гражданское содействие» - с беженцами и с мигрантами.  

Все равно окончательное решение насчет того, приводить ли ребенка к вам на обучение, остается за родителями. Какая у них главная цель, когда они отправляют ребенка к вам учить русский язык? 

Цели у всех свои. Самая главная цель – выучить ребенка русскому языку до такого уровня, чтобы его могли принять в российскую школу. Часто ведь в школу не берут по причине отсутствия мест. Возможно, это не совсем так, но учителя не хотят брать на себя ответственность учить ребенка, который плохо говорит и понимает по-русски. Если говорить объективно, то это действительно сложно. Для таких детей, которые остались без школы, у нас организованы специальные классы. К примеру, в прошлом году в классе у нас обучалось 30 человек. Возраст здесь значения не имеет. Сейчас в нашем классе обучаются русскому «с нуля» и 6-летки, и взрослые. Самому старшему в нашем классе 48 лет.
 В прошлом году, по окончании годового обучения мы всех детей подготовили к школе. Конечно, уровни у всех были разные, но в итоге почти всех ребят зачислили. Правда, сейчас многие уехали на родину. Есть и те, кто получил российские паспорта и продолжают учиться.

Бывает, что ребенка приняли в школу, но он все равно чувствует себя неловко из-за плохого знания русского. Для ребят, которые ходят в школу, мы организуем факультативные курсы в формате обычных внеклассных уроков, чтобы они могли подтянуть русский язык. Курсы мы делим на две возрастные категории: начальная и средняя школа. 

Каждая история уникальна. И планы у семей изначально разные. Кто-то приезжает в Россию на 3-4 месяца, другие на несколько лет, третьи хотят остаться в России и получить российское гражданство. Но всех их объединяет одно – они действительно хотят выучить русский язык. Наша цель – создать для этого комфортную среду.  


Что изменится после того, как дети проучатся у вас год и выучат русский язык? В школах появятся места? Или у детей за это время появятся необходимые документы? 

Мы способствуем получению документов во всех случаях, когда это возможно, и когда родители заинтересованы в том, чтобы их ребенок начал учиться в России.  Собираем медицинские справки, делаем личные дела для того, чтобы ребенка взяли в школу. Конечно, 20 часов русского языка в неделю дает хороший результат (при условии, что ребенок не пропускает занятия) 

Потом, у нас нет таких стандартов, что ученик должен обучаться не больше года. К примеру, если у ученика за год так и не появилось документов, необходимых для принятия в школу, мы его возьмем на следующий год. Главное – чтобы у детей была социальная среда. 

Мы организуем занятия в библиотеках, при школах, в благотворительных коворкинг-центрах. 


Мои друзья уехали во Францию, и ребенок заговорил по-французски уже через две недели. Разумеется, там он стал ходить в школу. Разве мигранты и беженцы, приезжая в Россию, не попадают сразу в нашу «языковую среду», чтобы быстро выучить русский?

Возможно, в вашем примере ключевая фраза «стал ходить в школу». Поскольку язык можно учить полноценно только тогда, когда находишься в «среде». Дети, которых не взяли в школу, часто сидят дома, старшие помогают с младшими. Таким образом, они замыкаются в кругу своей семьи. А как можно учить язык, если не общаться с носителями языка? Для таких ребят живое общение – это зачастую единственный способ. 

Далее. Во Франции есть целая система, как интегрировать ребенка, приехавшего из другой страны, в школьную среду. В России такой системы нет. У нас не умеют преподавать русский язык как иностранный. Сейчас стало лучше, конечно. Появились учебники. Но централизованной государственной системы все равно нет. Ведь как школы закупают учебники? – Есть федеральный перечень учебников, на закупку которых выделяются государственные средства. В этот перечень не входит изучение русского как иностранного. Поскольку финансирование на эти учебники не выделяется, в школах их нет, и учителя мало знакомы с теорией и практикой преподавания русского языка в этом случае. Частная школа «Лицей-Ковчег XXI» закупает такие учебники для десяти школ: 9 школ находятся в Красногорске и одна в Калужской области. 

В школах сейчас существует негласный запрет ставить «двойку». Не будет ли здесь диссонанса? Они русских учеников должны «вытягивать», а тут еще приедут, условно говоря, ученики из Ташкента…

Отчасти вы правы…  80% школ идет по тому сценарию, который вы описали. Но есть одна особенность. Школы «натягивают» оценки до первой серьезной аттестации. Это ОГЭ – 9 й класс. Далее, если ученик не сдает, то его выпускают со справкой, что он прослушал школьный курс. Аттестат он в этом случае не получит.  

Какие результаты у ваших «выпускников» в школах? Вы их как-то наблюдаете потом? 

Наша первая цель – подготовить ребят по русскому языку в класс по возрасту. Это идеальная цель, это не всегда получается. Обстоятельства у всех семей бывают разные. К примеру, в этом году мы взяли одну большую афганскую семью, у них четыре мальчика. Старший сын в этом году будет сдавать экзамены, при этом в марте прошлого года он не говорил по-русски. Сейчас ему 19. Если представить: в 18 лет он пошел в России в 8-й класс. По-другому в данной ситуации мы не можем, поскольку до этого он не учился. Я не знаю, как он сдаст ОГЭ, время покажет. 

Другой пример. В прошлом году я готовил к ОГЭ 12 детей, и все они экзамены сдали. Правда, до этого они уже несколько лет жили в России. Поскольку почти все они уехали сейчас на Родину, мы не знаем их дальнейшей судьбы. 


Что говорят ученики? Они хотят жить в России или ходят в школу только потому, что их привели родители? 

Все дети разные, как всегда. Есть такие, кто мечтает вернуться быстрее в родное село и совсем не хотят учиться. И наоборот. У нас была девочка, которая с нулевым знанием русского зашла по ошибке в обычный русский школьный класс. Втянулась моментально. Так и осталась учиться с этим классом. 

Я так думаю: кто-то любит учиться, а кто-то нет. Это не зависит от религии, национальности, пола и др. Есть такие, кому не комфортно в русской среде. 

Тем не менее, есть у нас идеалистическая цель, что все дети должны учиться, что им надо создать для этого условия. Дальше – пусть решают сами. 


Есть у вас такая задача, чтобы через русский язык дети мигрантов и беженцев полюбили нашу страну? 

Когда мы учим русский, мы читаем с детьми Пушкина на русском, их знаменитых поэтов – тоже на русском. Ходим в Третьяковку. Язык – это главный культурный инструмент. При этом у нас нет цели как-то ассимилировать этих людей, тем более,  что часто они уезжают обратно на родину. 

Для нас важно, чтобы в России они могли нормально общаться на русском языке, а дети могли учиться – здесь и сейчас. 

Наверх